Неофициальный сайт легендарной группы «Ария»

Пресса

«Ария»: мы не меняемся, чтобы кого-то удивить

Знаменитые российские рок-тяжеловесы группа "Ария" записала альбом "Феникс" с новым солистом Михаилом Житняковым. В концертный тур группа также отправится в новом составе. О том, где и как нашли "арийцы" солиста, об отношениях в коллективе и о перспективах группы рассказали Владимир Холстинин и Михаил Житняков. - Миша родился в том момент, когда вы уже выступали в самодеятельности. Разница в возрасте ощущается? Холстинин: Мы никакой разницы не ощущаем. Нас связала музыка, а она на возраст внимания не обращает. Тем более, что, когда делаешь общее дело, ничего и не заметно. Если в зеркало не смотреться. Да и в обычной жизни, мы постоянно общаемся с молодежью, так что на нас не давит "бремя лет". Житняков: Я хорошо воспитан и пытался общаться на вы. Но ребята сразу пресекли это, сказав, что музыканты – люди без возраста, тем более, мы работаем вместе, в одном коллективе. Так что этот барьер мы преодолели. А когда начали работать над альбомом, все стали равны. - "Ария" - группа устоявшаяся, наигранная, классическая. А вы, Миша, человек молодой. Как быстро вы смогли совпасть по тексту, музыке, характеру? Житняков: Мне давно нравился репертуар группы "Ария" как по музыкальной составляющей, так и по смысловой нагрузке текстов. Нравилась тема противостояния добра и зла, я считал ее близкой для себя, и ребята всегда умели ее удачно доносить. - Давайте о "давно" поговорим. У вас специальное музыкальное образование? Житняков: У меня вообще нет никакого музыкального образования. - Как же вы догадались, что у вас есть голос? Житняков: Все началось еще в школе. Я мечтал петь песни под гитару, потому что понял – при таком раскладе у меня открываются большие возможности. Выучился играть, и стал петь все подряд от песен Цоя до военного репертуара. Всем вокруг нравилось. - Наверняка еще и успехом у девушек пользовались… Житняков: Собственно, песни под гитару помогли завязать знакомство с девушкой, которая потом стала моей женой. Сначала я "выступал" во дворе, пока не понял, что хочу большего. Не сказать, что на сцену… - Не лукавьте, на сцену всем хочется. Житняков: Не скрою, доля здорового тщеславия во мне есть. Хорошо, захотелось на сцену, и лет в 14 я попал в вокально-инструментальный детский ансамбль – был такой кружок в местном ДК. Я пришел на прослушивание, сыграл что-то, и меня взяли. Так и пошло – я играл на гитаре, а 10-летние девчонки пели. Но однажды наш руководитель запаздывал, и от нечего делать я взял гитару, подошел к микрофону и попытался что-то напеть. Он вошел, услышал и сразу предложил: "Давай на 9 мая попробуем сделать программу". Так песни "Смуглянка" и "Поручик Голицын" стали моим полноценным дебютом на сцене. Потом ребята постарше решили сколотить группу, но эстраду они исполнять отказывались, так что тогда я впервые примерил на себя вокал группы "Ария". Мне попался сборник "2000 и одна ночь", и так он мне понравился, что я стал мечтать работать в этом направлении. - Так оно и случилось? Житняков: Да… Мечты сбываются. Своей музыки мы не писали, исполняли "Черный кофе", "Арию", Игоря Куприянова и даже Владимира Кузьмина. Но пели для своих, а потом я познакомился с группой "Гран "КуражЪ" из Бронниц – ребятам не хватало вокалиста. А, услышав, как я исполняю песни группы "Ария", они предложили мне выступать с ними. - А рок-группы не протестовали против того, что молодежные ансамбли фактически наживались на славе монстров русского рока? Холстинин: Ну, это же не запрещено. Для того и сочиняем песни, чтобы они нравились людям, чтобы они их пели. - А хорошо Миша "исполнял песни группы "Ария"? Холстинин: Хорошо. Поэтому мы его и взяли. У нас даже не было ни кастинга, ни особых поисков. Мы сразу взяли Михаила. Мы не колебались, не сомневались. Житняков: Однако, прослушивание все равно было. Холстинин: Формальное – конечно. Надо же было страху нагнать. Мы всей группой собрались, микрофон в студию, Мишу отправили за стекло, включили композиции с альбома "Кровь за кровь", он спел. После чего посовещались и сказали, что нас все устраивает. Житняков: Но я-то не ожидал такого стремительного развития событий и, честно говоря, опешил. Взял паузу, думал несколько почти неделю… - Какие нынче молодые рок-музыканты, их приглашают, а они колеблются! Житняков: Понимаете, согласие на работу в группе "Ария" полностью переворачивало мою жизнь. Я осознавал, что то, чем я занимался раньше от меня уйдет, и мне придется распрощаться со своими привычками, устоями. Холстинин: Спать будешь теперь по 4 часа, и если будет где. Мыться, когда будет вода… Житняков: На самом деле не тяготы гастрольной жизни меня смущали. Я к этому времени сформировался как личность, у меня были работа, семья. И я прекрасно понимал, что изменения коснутся не только меня, но и моей жены. И нам надо было это обсудить вместе. - Володя, вы подобрали какого-то положительного героя – он советуется с супругой, однако не боится трудностей… Холстинин: Мы были не такими – выбрали себе дорогу и поперек родителей, и поперек друзей, нас даже в тюрьму пытались посадить. Когда мы играли в группе "Альфа", приехали к нам на трех машинах люди в плащах и с папочками. Взяли первого человека: "Что тут, концерт? Почем купил билеты?" "За 7 рублей". А при коммунизме нельзя было играть концерты за деньги, получалась статья "Групповое частное предпринимательство в особо крупных размерах" – 5 лет с конфискацией. Кстати, тогда пострадал Алексей Романов из группы "Воскресение" - он отсидел 9 месяцев, и мы попали. Так что мы не были положительными. Житняков: Тогда еще и времена были такие, что все музыкальные направления строились на противостоянии политическому строю. Сейчас ситуация изменилась, стало больше свободы - со сцены так уж точно можно петь, что угодно. И не то, что тебя оштрафуют, наоборот, станут везде приглашать. Поэтому мне приходится быть дипломатом – я попытался сделать так, чтобы мое решение устроило всех. - Миша – он какой по характеру? Холстинин: Он человек серьезный, взвешенный и умный. Он не совершает импульсивных поступков. И это хорошо, что он так ко всему подходит. Когда группа только создается, людям легко простить какие-то ошибки. А когда за тобой 26 лет жизни... - Разве рок, металл – это не страсти, эмоции? Холстинин: Конечно. Но и ответственность за то, что ты делаешь перед коллективом, в котором ты работаешь. Поэтому нам было приятно, что он оказался именно таким. На самом деле, сейчас мы поедем в тур, и там мы все про него узнаем. И через месяц-другой мы вам обязательно расскажем, как он реагирует на отсутствие туалета. Житняков: Друзья познаются в беде. Надеюсь, что я еще во многом раскроюсь для группы, но - не разочарую. - Я задам вопрос неприличный, а вы сами решайте, отвечать или нет. Миша ушел с работы. Изменил жизнь. Слава – будет ли она у него, мы пока не знаем. А финансовая сторона? На гонорары группы "Ария" можно жить? Холстинин: Жить-то можно. Но он ушел с очень хорошей работы. И все, кому я говорю об этом, отвечают одно – во, дурак! Была перспектива, соцпакет, транспорт. Но он должен петь, его голос должен принадлежать людям. Менеджеров тысячи, а такой голос… Житняков: Вышло, что я пытаюсь ухватить журавля в небе, а синицу уже упустил. Но я не жалею. Я решил, что лучше один раз попробую и обожгусь, чем потом всю жизнь себя буду корить, что был шанс, а я им не воспользовался. - С новым солистом вроде разобрались. Но ведь был другой, многими любимый. Тем более, что поклонники, как известно, всегда знают, что лучше для группы. Как фанаты отнеслись к тому, что Беркут ушел? Холстинин: По-разному. Кто-то желает удачи и пишет, раз мы так решили, значит, были причины. А некоторые очень гневно пишут: никогда больше не пойду на "Арию". Учат нас, как надо было поступить. Так что Мише придется выдержать некоторое давление. Но люди вообще не любят перемены. Даже если это перемены к лучшему, их все равно сначала воспринимают негативно. Да мы и сами долго не могли решиться на такой шаг. Ситуация складывалась неоднозначная. - Бренд остается, а солисты меняются. Не боитесь, что вас начнут сравнивать с группой "Блестящие", где девочек-блондинок меняют как перчатки? Холстинин: Когда создается некий союз единомышленников или семейный, люди всегда верят в лучшее. В то, что мы все равны, что мы всегда будем вместе идти по жизни и делиться радостями и трудностями. А через некоторое время выясняется, что кто-то один чувствует себя "равнее" других и думает – а зачем мне со всеми делить радости, я лучше им оставлю горести, а радости положу себе в карман. Остальным, сделав выводы, приходится двигаться дальше. Но бывают такие артисты, которые постоянно меняют состав, например Ричи Блэкмор так поступал с Rainbow. Или Deep Purple… - Вы хотите сказать, что только в России смена солиста вызывает негатив и истерию? Холстинин: Не знаю, что думали на Западе, а я переживал, когда из Deep Purple ушел Иэн Гиллан, и вместо него позвали Дэвида Ковердэйла. Первая же пластинка, которая вышла с Ковердэйлом мне не понравилась ужасно. Не было тогда интернета, а то я бы тут же написал им на сайт: "Полное, ну полное гавно! Разве можно такое петь?". Но интернета не было, поэтому я злобно говорил своему соседу в телефон: "Я сейчас Deep Purple включил – такая дрянь эта пластинка Burn, без Гиллана никогда не буду их слушать"… - И? Холстинин: А через неделю запоем слушал песни с того альбома и думал: это ж надо, какое новое дыхание появилось в группе. История повторяется, и по любому поводу – поменялся вокалист, вышел новый альбом, сделали нестандартный ход, пригласили необычного артиста на концерт – мы всегда готовы, что сначала повалит негатив. - А что будет с песнями, которые пел Беркут? Холстинин: Думаю, что и мы и он будем их исполнять. Он имеет право на те песни, которые записал в нашем коллективе на двух последних альбомах. Он их вывел в люди, было бы неэтично запрещать ему их петь. Да у нас никогда и не было разногласий по исполнению ни Беркутом, ни с Кипеловым. - Автограф-сессия уже была. Концерты только предстоят. Что планируется, когда. Холстинин: Через неделю поедем… - Тур в поддержку альбома? Холстинин: Я бы не сказал, что в поддержку альбома, скорее наоборот, альбом в поддержку поездки. Раньше ведь как – выпускали диск, и, чтобы его хорошо продать, артисты ездили на гастроли. За концерты они ничего не получали, все уходило на организацию тех же концертов, но продажи приносили серьезные прибыли. В нынешней ситуации, когда носитель умер, и диски покупаются в таком незначительном объеме, что не могут покрыть расходы, затраченные на их производство, мы едем на гастроли, чтобы жить и чтобы иметь возможность оплачивать студию, инструменты, аренду базы. Вот и получается, что альбом в поддержку тура. Без альбома не поедешь. Все спрашивают: "А программа новая будет? Стаааааарая? Тогда не пойдем". Приезжаешь – первый вопрос: "А старые песни будете исполнять?". - А Миша осилит старые песни? Холстинин: Так он всю жизнь их исполнял. - Но с вами-то никогда не работал. Житняков: На самом деле с того момента, как был записан альбом, мы готовились и репетировали то, что будет играться в туре. И многие песни мне предстоит исполнять впервые с группой. - Мне показалось, что из альбома "Феникс" выделяется песня "Бои без правил". Что она по-новому сделана. Холстинин: Мы никогда ничего специально не меняем, если это случается, то само - надо доверять интуиции. Мы никогда не хотели ничего менять, чтобы кого-то удивить. Люди взрослеют, изменяются вкусы, взгляды. Иногда и музыка видоизменяется. Но, по большому счету, все наши альбомы в одной стилистике. - То есть вам достаточно той славы и тех поклонников, которые сейчас есть у группы "Ария"? На перспективу вы не работаете? Холстинин: Пусть теперь Миша думает о подрастающем поколении. А мы "в перспективе" будем сидеть в зале и между собой обсуждать: "Не, ну что это? А сет-лист - полный отстой. Вот в наше время Ария была настоящей".


Автор: Мария Свешникова
Портал «Вести.Ru», 14 октября 2011 года